Мировая система снабжения нефтью перешла в аварийный режим

У нас любят повышать цену на бензин, потому что доллар нестабилен. Доллар понижается – цена растет, доллар повышается – цена растет. И хотя у нас уже нет тех "прекрасных" отношений с долларом, тем не менее есть вероятность, что цена на бензин снова вырастет, просто потому что так принято. Цена на нефть растет, причем бешеными темпами.

Во время пандемии замерла морская торговля – все боялись заразиться от чужих матросов или думали, что вирус оседает на упаковку. Сейчас ситуация повторилась, но только из-за войны между США, Израилем и Ираном. Иран перекрыл Ормузский пролив, начал его минировать, и 20% всей мировой нефти больше никуда не идут. То есть нефти много, но больше нет прежней логистики.

Если нефть это энергия развития мира, то Иран нарушил закон сохранения энергии. Энергии много, но только она больше не перетекает в деньги. Куда, например, Саудовской Аравии девать ту нефть, которую она добывает? Говорят, что сейчас к причалам саудитов идет караван из 25 супертанкеров, которые потом повезут нефть в обход Ормузского пролива, только их погрузка может растянуться на два месяца.

Еще хуже то, что Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты начали сокращать добычу нефти. Вместе с Кувейтом и Ираком добыча сократилась почти на семь миллионов баррелей в сутки. Арабы понимают, что военные действия, минирование пролива и ответные удары Ирана это надолго, но как сократить добычу нефти? Есть ли тот кран, которым можно закрутить ствол шахты, а после того, как упадет последняя ракета, открутить его и снова начать добычу? Подробнее – в программе "Добровэфире".

Опасная остановка скважин

Пока танкеры ждут у моря прохода, страны Персидского залива рискуют захлебнуться в собственной нефти, ведь девать ее им некуда, а просто перекрыть вентиль на скважине надолго не получится.

"При прекращении эксплуатации у вас нарушается режим работы всего пласта, потому что... у каждой скважины есть некая зона дренирования, из которой мы собираем нефть. Если вдруг течение прекращается по пласту, то начинаются так называемые застойные процессы", – заявил профессор РГУ нефти и газа им. И. М. Губкина Валерий Бессель.

Если блокада Ормузского пролива затянется, то скважины придется заглушать. Остановка добычи – процесс настолько дорогой, долгий и рискованный, что нефтяники всегда стараются избежать его любым способом.

Для консервации месторождения в скважину сначала нужно закачать специальный раствор, который остановит приток нефти, потом закупорить канал цементной пробкой, а следом загерметизировать устье крышкой, которая исключит прорыв. Опасность в том, что после таких манипуляций порода может уплотниться, а каналы, по которым текла нефть, сузиться. Когда скважину расконсервируют, есть риск, что от нефтяного фонтана останется лужа.

"Это будет нести достаточно серьезные затраты. Для того чтобы возобновить дебит на том уровне, который был, думаю, потребуются миллиарды долларов как минимум. Вполне возможно, что часть мощностей, которые сейчас работают, могут и не выйти обратно на полный цикл", – добавил руководитель Центра анализа стратегии и технологий развития ТЭК Вячеслав Мищенко.

Последствия остановки

Внезапное истощение недр – страшный сон для всех монархий Персидского залива. Например, Саудовской Аравии продажа нефти дает 90% экспортных доходов и 75% бюджетных поступлений, поэтому даже приостановка добычи нефти крайне болезненна для большинства стран залива.

"За остановкой скважин последуют мероприятия по установлению дебитности скважин. Это тоже потребует времени и денег. Причем все время, когда вы будете работать со скважиной... когда она не будет добывать нефть, – это ваши потери. Плюс дополнительные затраты на новое оборудование, кислоту, жидкости для глушения", – отметил Валерий Бессель.

Пока этого сценария могут избежать только две страны в Персидском заливе. У Саудовской Аравии и Арабских Эмиратов есть трубопроводы, хотя их пропускная способность ограничена.

Ирак, Кувейт, Бахрейн и Катар полагались только на танкеры, которые теперь не могут пройти через Ормузский пролив. Впрочем, в том же положении оказался и Иран, который сам закрыл себя в заливе вместе с нефтью.

Аварийный режим нефтерынка

Не только саудиты понимают, насколько тревожная ситуация с нефтью. Многие западные страны решили открыть свои нефтяные запасы – так поступили Япония и Германия. Потом США выкинут на рынок 172 миллиона баррелей нефти, поступать она будет долго, в течение нескольких месяцев. Это означает, что уже сейчас, через две недели войны, мировая система снабжения нефтью перешла в аварийный режим.

Сначала Трамп пытался понизить цену, заявляя, что война продлится недолго. В издании Politico процитировали неназванного чиновника американского Белого дома, который заявлял, мол, будем бомбить еще месяц, а потом все будет хорошо.

"Предполагая, что экономика продолжит восстанавливаться после завершения активной фазы войны, у вас будет (время. – Прим. РЕН ТВ) с мая по август, чтобы пережить этот поворот", – говорится в публикации.

Действительно, в конце прошлой недели после слов Трампа цены упали на 20%, но поскольку война продолжает развиваться, то нефть снова перешагнула порог 100 долларов за баррель.

При этом Трамп твердит, что ситуация стабилизируется.

"Рынок хорошо держится, цены очень существенно снижаются. Нефть будет падать", – заявил президент США Дональд Трамп.

Его, похоже, теперь никто не слышит. Простая арифметика: арабы сокращают свою добычу почти на семь миллионов баррелей в сутки, а аварийные запасы восполнят только три миллиона баррелей в сутки. Дефицит нефти в мире – 15 миллионов в сутки. Даже если в США, например, вычерпают свои нефтехранилища до последней капли, то они смогут продержаться три месяца, не больше. Именно поэтому Трамп и говорит, что война продлится всего месяц, не дольше.

Если прав бывший главком НАТО Джеймс Ставридис, то Иран сможет поставить в проливе до пяти тысяч морских мин. Если Трамп даже уничтожит вообще весь Иран, это не означает, что США смогут быстро открыть пролив. На разминирование могут уйти еще месяцы, и это станет крахом для экономики мира.

Остался самый важный вопрос: у нас, в стране, богатой нефтью, для которой совершенно неважен заминированный Ормузский пролив, будут повышаться цены на бензин? Мы уже избавились от этой традиции или нет?

РЕН ТВ в мессенджере МАХ – главный по происшествиям